Свежие комментарии

  • Андрей
    !!!!!!!!!!!Мы - народ поб...
  • Юрий Можейко
    Точнее не скажешь. Я за мир с умными польками.Верно подмечено!
  • Юрий Можейко
    Грош цена тому государству, котор0е не умеет себя защитить. Пора "забить" всю "контру", чтобы самим не пропасть.ФСБ задержала адв...

Приватизация, или грязные корни нашего бизнеса

Приватизация, или грязные корни нашего бизнеса

В большой ленинградской коммуналке, в старом доме на улице Правды, жили два инженера, родные братья Исав и Иаков. В 1992 году СССР развалился, и Анатолий Чубайс выдал братьям по ваучеру. Иаков как раз сидел и разглядывал ваучеры, когда голодный Исав вернулся домой и спросил, чей гороховый суп так призывно источает ароматы на кухне. Иаков ответил, что суп его, но с Исавом он делиться не будет, так как в кастрюле сварено на одного. Слово за слово, и в итоге голодный Исав получил тарелку горохового супа в обмен на свой ваучер.

Два ваучера Иаков вложил в чековый инвестиционный фонд, который в итоге и лопнул, так как его основатели изначально были мошенниками. Вместе с тем о гороховом супе Иаков не жалеет. Он знает, что даже если бы вложился удачно, стоимость купленных на ваучеры акций потянула бы сейчас в лучшем случае на одну-две месячные зарплаты инженера. Советские предприятия в 1992 году пребывали в очень плохой форме, так что обогатиться на их приватизации было весьма затруднительно.

Кое-кому, впрочем, это удалось. Так как ваучеры меняли в некоторых регионах чуть ли не на бутылку водки, предприимчивые граждане продавали свои автомобили и бытовую технику, чтобы скупить на вырученные деньги целую пачку ваучеров.
С этой пачкой ваучеров они шли на родное предприятие и покупали значимую его часть. Некоторые, успешно пережив смертельные для бизнесменов девяностые, обнаружили себя состоятельными людьми.

Ещё одним некрасивым эпизодом эпохи приватизации стали так называемые «залоговые аукционы» 1995 года. В ходе этой мутной схемы государство продало частным лицам по заниженной цене крупные доли в 12 крупных предприятиях. Эксперты оценивают нанесённый государству ущерб в 40 млрд долларов и сходятся на том, что это было скорее воровство бюджетных средств, нежели ошибка неопытных представителей власти.

Как правило, когда говорят о «нечестной приватизации», упоминают эти две истории. Вместе с тем в лихие девяностые творились и другие гнусности: рейдерские захваты, воровство, бандитизм, подделка документов и прочее хищничество позволили многим тёмным личностям сколотить себе грязный первоначальный капитал. Полагаю, нам ещё повезло. Я далёк от мысли благодарить Бориса Ельцина за его работу, однако опыт других стран показывает, что развал СССР вполне мог повлечь за собой полномасштабную гражданскую войну, массовый голод и тотальный передел собственности — то есть куда как более жёсткий сценарий, чем даже тот кошмар, который мы сейчас вспоминаем как самый неприятный период в новейшей истории нашей страны.

Практических вопросов сейчас, в 2021 году, возникает два. Во-первых, можем ли мы восстановить справедливость, отменив, например, явно несправедливые итоги залоговых аукционов. Во-вторых, имеем ли мы право сказать, что наш бизнес зиждется на украденных у народа и государства деньгах.

Попробуем разобраться.


1. Пересмотр итогов приватизации

Я не знаю, что конкретно пишут в агитационных методичках наши западные друзья и партнёры, однако я убеждён, что лозунг «пересмотрим итоги приватизации» указан там как рекомендуемый к продвижению.

Попытка государства массово ограбить бизнесменов на основании творческой трактовки событий 25-летней давности будет воспринята однозначно: высшее руководство страны обезумело, Россия превращается в Венесуэлу. Нужно сворачивать все инвестиционные проекты, продавать всю собственность и уезжать из страны. Такое решение ударит по экономике сильнее, чем кризис 1998 года или любой из последующих кризисов. Потребуются десятилетия напряжённого труда, чтобы восстановить доверие бизнеса и убедить инвесторов вкладываться во что-либо, кроме краткосрочных спекулятивных проектов.

Соблюдение правил игры — не вопрос морали, это вопрос доверия к системе. Если инвесторы доверять системе не будут, о построении сколько-нибудь сильной экономики придётся забыть. Ну а без сильной экономики Россия обречена на самую незавидную участь — на планете достаточно агрессивных стран, которые сначала опутают нас кредитами, потом поставят нас под внешнее управление, и в итоге устроят нам вторые девяностые, уже с учётом всех допущенных тогда ошибок.

Требование пересмотра итогов приватизации — примерно такая же нелепость, как требование напечатать денег и раздать каждому жителю России по миллиону рублей. Тот, кто предлагает подобное, или популист, пытающийся заработать дешёвую популярность в руках финансово безграмотной части электората, или прямой враг России, продвигающий разрушительные для нас идеи.


2. Доля «грязных денег» в текущем бизнесе

Когда я последний раз смотрел, капитализация только первой сотни крупнейших компаний России составляла что-то около 1 трлн долларов. А ведь это только первая сотня: всего в России 5,5 млн предпринимателей и юридических лиц. С другой стороны, те 40 млрд долларов, которые гипотетически утекли из бюджета в 1995 году, не лежали всё это время под камнем. Часть этих денег была потеряна, часть вернулась обратно государству. Какие-то акции были проданы инвесторам, которые заработали свои деньги абсолютно честно.

Если мы сравним нынешние триллионы или десятки триллионов с теми остатками от «залоговых» 40 млрд, которые дошли до наших дней, мы обнаружим, что речь идёт, может быть, об 1% российского бизнеса. Это не значит, разумеется, что остальные 99% капиталов заработаны честно, однако и тут мы должны помнить, что в девяностые нищими были все: и мы с вами, и государство, и бизнес. Хоть разгул преступности и был огромен, однако в абсолютных цифрах заработки бандитов были невелики. Подержанный мерседес, который в Германии покупался за бесценок чуть ли не на свалке, считался в девяностые статусным автомобилем для авторитетного представителя мира криминала. За прошедшие 20 лет ВВП России вырос в 4-5 раз. Вырос, соответственно, и бизнес.

На это есть следующее известное возражение. Если Карл стянул калач, потом они вместе с Кларой начали торговать калачами, а потом, через 10 лет, сумели скопить на скобяную лавку, так значит вся эта скобяная лавка украдена.

Проблема в том, что подобная логика противоречит не только закону, но и здравому смыслу. Если мы будем разматывать цепочку, мы обнаружим, что значительная часть капиталов берёт своё начало в советских предприятиях. Однако советские предприятия, в свою очередь, ведут корни от большого грабежа 1917 года, так как они или прямо были отобраны у владельцев, или были построены на вырученные с этого грабежа деньгами. Дореволюционные предприятия, в свою очередь, можно упрекнуть в том, что какая-то их часть создавалась с использованием труда крепостных крестьян. Продвигаясь по цепочке дальше в прошлое, мы придём к выводу, что гомо сапиенс должен превратить всё им созданное в почётные курганы для вымерших неандертальцев и улететь с этой планеты куда-нибудь, где ещё нет сколько-нибудь разумной жизни.


Подведу итог

Значительную долю экономики нашей страны составляют созданные с нуля компании: Яндекс, 1С, Вайлдберриз, МТС, Магнит, и прочая, и прочая. Другие компании, такие как Сбер, являются частично государственными, а государство при всём желании нельзя обвинить в том, что оно что-то само у себя украло.

Вместе с тем в нашей экономике несомненно есть слой капиталов сомнительного происхождения. Так как я не знаю об исследованиях на эту тему, я могу грубо оценить этот сомнительный слой в несколько процентов от общей капитализации российского бизнеса.

Таким образом, у нас нет никаких оснований говорить о первородном грехе российских предпринимателей. Да, среди бизнесменов попадаются неприятные типы, однако большая их часть заработала свои деньги вполне законным путём.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх